О Сучанской церкви и протоиерее Василии Кабанове

В основном там жили казаки-уссурийцы, построившие в станице Дубовской большой храм в честь святителя Николая Чудотворца.

В 1946 году, когда из Маньчжурии войсками Красной армии были изгнаны японцы, среди местного русского населения начались аресты. Как вспоминает батюшка, по сёлам и деревням начали разъезжать чёрные «вороны» с комиссарами НКВД. Многих в то время постигла участь политзаключённых. Семья Кабановых тогда решила перебраться в СССР, в Сибирь.

Наверное, сильная вера в Бога помогала им жить и обустраиваться на исторической Родине. Когда они, эмигранты, переехали в Сибирь из Трёхречья, то директор одного из леспромхозов, увидев их радение к труду, предложил переехать в Иркутскую область, устроиться в местный леспромхоз. Председатель оформил всем советские паспорта. Вот так они в леспромхозе и остались жить. Вообще отец Василий там славился как один из лучших вальщиков леса в сибирской тайге, давал хорошую выработку. Деревья клал грамотно, ровно, так, чтобы трелёвщикам удобно было эти брёвна цеплять и транспортировать. Конечно, у него трудоспособность уже тогда была большая, да и остаётся до сих пор.

Об истории храма Рождества Пресвятой Богородицы города Сучана, переименованного в 70-х годах в Партизанск, поведал Андрей – прихожанин, пономарь, сторож по совместительству, замечательный человек и рассказчик. Его повествование о церкви, стоящей на погосте, словно списано с летописи.

Церковь в Сучане (Партизанске) была возведена в 30-х годах XIX века. После революции 1917 года она вместе с немногими из православных храмов в Приморье оставалась действующей при советской власти и располагалась в самом центре города. Рядом с ней находилась общеобразовательная школа, и после уроков школьники очень часто заходили в дом Божий, что не могло не беcпокоить безбожную власть.

«Первым настоятелем здесь был отец Пётр, – рассказывал мне Андрей, – его могилка совсем рядом, за церковной оградой. При нём храм переносили, в 1954-м, на это место из центра, так как городской комитет компартии сказал: «Ваше место на кладбище», и было решено сюда всё перенести. Тогда верующие разобрали деревянный храм и стали стеновые брёвна вручную переносить. Три километра оттуда – сюда. И эти три километра на плечах брёвна несли с пением «Святый Боже, Святый крепкий, Святый безсмертный, помилуй нас». Когда закончили, на этом месте и собрали.

После отца Петра (он умер в 1958 году) приехал в наш храм отец Герман, который лет пять-шесть был настоятелем, и где-то в 60-х годах его перевели во Владивосток. Сначала он служил в церкви на Второй речке, затем в Свято-Никольском соборе. Года три-четыре назад его похоронили. При нём пытались большой храм построить уже не около оврага, где он сейчас стоит, а чуть подальше, на просторной поляне. То, что он без разрешения властей начал это строительство, имело последствия: приехали из милиции, арестовали батюшку на пятнадцать суток. Произошло это в 1963 году. Когда его посадили, местные православные христиане столько продуктов принесли в камеру предварительного заключения, что там охрана и заключённые были обеспечены провизией надолго…

Ещё один случай был. При отце Германе нагрянула в храм женщина, отвечающая в горкоме партии за религиозные вопросы, намереваясь зайти в алтарь через Царские врата. Отец Герман её, естественно, не пустил, вытолкал, причём она серьёзно собиралась войти, уже ногу занесла. После этого инцидента батюшка ещё раз пятнадцать суток просидел в КПЗ за хулиганство.

После отца Германа сюда прислали батюшку Иоанна, он до конца 60-х здесь прослужил. Потом прислали отца Михаила. У него с властями тоже был конфликт, и его отправили на Украину, в город Сумы служить. А в 1974 году на Успение Пресвятой Богородицы в Сучан направили отца Василия Кабанова. Из Иркутской области его выслали за то, что он отказался сотрудничать там с комитетом госбезопасности. Ему предложили время от времени составлять докладные записки, в которых бы указывалось, кто из священников, архиереев в чём «грешен» против советской власти. На то время Иркутский владыка Вениамин, окормлявший епархии от Сибири и до окраин Дальнего Востока, был духовником отца Василия. Ещё в 60-х годах батюшка Василий с ним в качестве пономаря ездил по Дальнему Востоку, в том числе и в Сучан, не задумываясь, что когда-нибудь попадёт сюда в качестве настоятеля. А когда после владыки Вениамина на епископскую кафедру взошёл владыка Хризостом, то по приезду того в нашу церковь прихожане попросили правящего архиерея никуда батюшку отсюда не переводить.

Однако, судя по всему, из Иркутска пришла какая-то телеграмма, опять, наверное, из отдела по делам религии, с распоряжением относительно батюшки Василия, чтобы он вместе с вещами из Сучана выехал. Но наши прихожанки отправились в Иркутск, к владыке, объяснили всю ситуацию с часто меняющимися настоятелями, после «борьбы» владыки Хризостома с местными «комитетами» дали команду «сверху»: настоятеля больше не трогать и оставить на месте, в Сучане. Так он здесь и остался. В последний раз, в начале 90-х годов, его хотели забрать во владивостокский Свято-Никольский собор, поставить ключарём, то есть первым священником. Всё-таки долго служит, умудрённый опытом батюшка. Как-никак кандидат богословия, окончил Московскую духовную академию, кандидатскую диссертацию защитил по трудам святителя Василия Великого. Ему ещё в академии предложили защитить докторскую диссертацию, остаться в академии в качестве профессора и преподавателя, но он отказался, сказав при этом, что больше склонен к простой, сельской жизни.

В 2000 году, когда похоронили духовника тогда ещё Владивостокской епархии игумена Варнаву из Шмаковского Свято-Троицкого монастыря, сразу же собрался Архиерейский совет, где было решено поставить духовником епархии отца Василия. Поэтому по благословению нынешнего Приморского митрополита Вениамина в храм Рождества Пресвятой Богородицы приезжали священники Владивостокской епархии, которых было немного, и они во время Великого поста у отца Василия исповедовались.

Отец Василий стал священником не просто так. Однажды он вместе с семьёй поехал в Иркутск крестить кого-то из родственников. Во время Таинства Крещения к батюшке подошла пожилая монахиня и спросила, как его зовут и что ему обязательно надо стать священником. Некоторое время спустя молодой человек приехал к тогдашнему владыке Вениамину, епископу Иркутскому, поведал о разговоре с монахиней. Владыка, подумав, взял парня к себе в иподиаконы. Впоследствии написал рекомендацию в семинарию в Москву. Там же после семинарии отец Василий поступил в духовную академию. Учился он с нынешним митрополитом Приморским Вениамином. Отчего с тех пор друг друга хорошо знают и долгое время дружат. При их встрече всегда можно сказать, что они близки по духу».

Безбожники уничтожили почти все храмы в России. А те, что остались, – Божие чудо и Его Промысел. В Приморье в советские времена оставалось всего четыре храма – в Уссурийске, на Седанке, в Спасске-Дальнем и Сучане (Партизанске). Несмотря на строгий надсмотр со стороны партийных органов, высмеивания Веры, когда православных могли посадить за их убеждения, народ всё равно принимал Святое Крещение.

В этом храме, что стоит на пригорочке, на погосте, крестили, наверное, меньше, чем сейчас, и в основном младенцев, взрослые почти были все крещёными. Но насколько крепка ещё была вера в народе, если даже коммунисты (конечно, скрывая этот факт), сами крещённые в детстве, несли крестить своих детей… и не боялись.

Да и немало тех, кто живёт в близлежащих сёлах и городах, таких как Находка, Владимиро-Александровское (переименованное в Будёновку при советской власти), Душкино, Волчанец, Золотая Долина, были крещены в сучанском храме ещё тогда, когда детей запрещали водить в церковь. И дети помнили о ней только по ложечкам и крестикам да рассказам родителей. И вот прошло уже более полувека, а эта простая, тогда ещё деревянная церковка из детства всё жива. Разве это не чудо?

Михаил Юрьевич Красильников,
Наталья Ивановна Доброгорская,
г. Находка

Просмотров: 26